МолвьМолвь — и одна для всех: Ох — когда трудно, и ах — когда чудно, А не дается — эх! Ах с Эмпиреев, и ох вдоль пахот, И повинись, поэт, Что ничего, кроме этих ахов, Охов, у Музы нет. Наинасыщеннейшая рифма Недр, наинизший тон. Так, перед вспыхнувшей Суламифью — Ахнувший Соломон. Ах: разрывающееся сердце, Слог, на котором мрут. Ах, это занавес — вдруг — разверстый. Ох: ломовой хомут. Словоискатель, словесный хахаль, Слов неприкрытый кран, Эх, слуханул бы разок — как ахал В ночь половецкий стан! И пригибался, и зверем прядал... В мхах, в звуковом меху: Ах — да ведь это ж цыганский табор — Весь! — и с луной вверху! Се жеребец, на аршин ощерясь, Ржет, предвкушая бег. Се, напоровшись на конский череп, Песнь заказал Олег — Пушкину. И — раскалясь в полете — В прабогатырских тьмах — Неодолимые возгласы плоти: Ох! — эх! — ах! 23 декабря 1924 |